Что ж, да будет так.
Иван, представьте, не совсем дурак.
Лягушка тоже не всегда царевна.
На дереве начертан странный знак.
А под рябину сыплет черный мак
крестьянка, получившая виденье.
Хрустальный гроб сто лет висит пустой.
Никто не хочет в нём найти покой.
У старика вчера порвались сети.
Старуха открывает «Домострой»,
где текст понятный, хоть и непростой,
но дочитает книгу лишь до трети.
Алёнушка поднимется со дна,
не понимая, как смогла сама
убрать с груди своей тяжёлый камень.
И пусть сейчас бледна и холодна,
в душе ее проклюнется весна
и всполыхнется жизни яркий пламень.
Не превратятся гуси в лебедей.
Не будут похищать они детей.
Из леса улетят в другие страны.
Преодолеют бури, ураганы
и будут часто развлекать царей
рассказами о страшных великанах…
Хотели сказок?
Получилась быль.
От книг старинных вековая пыль
едва заметно в монолог вплеталась.
И хоть всё зло сейчас побеждено,
но чует беспокойное нутро,
что в сказках оно всё-таки осталось.