Моя родная, свет очей,
Как объяснить тебе теперь,
Что чувство это, словно змей,
Закралось в сердце, как злодей?
Ты расцвела, как майский цвет,
В тебе я вижу идеал,
Но отцовской любви обет
Хранить велел, чтоб не страдал.
Не смею взгляд свой опустить,
Когда ты рядом, как мечта,
Но должен я себя смирить,
Ведь ты — не женщина, а дочь моя.
И эта боль, как острый нож,
Пронзает душу каждый миг,
Ты так прекрасна, что не ложь,
Любовь к тебе во мне возник.
Но я отец, и долг мой свят,
Защитой быть, а не любить,
Пусть чувства эти замолчат,
Им в сердце вечно буду жить.
Смиряю плоть и дух терзаю,
В молитвах ищу успокоенье.
Пред Богом грех свой сознаю я.
И жду небес благословенья.
Но образ твой, как наважденье,
Везде со мною, неотступно.
И разум мой в недоуменье,
Как жить с любовью столь преступной?
Я знаю, что судьба жестока,
Разделит нас навек, быть может.
Но в сердце ты, как та глубока,
Любовь, что время не изгложет.
Пусть время лечит, говорят,
Но рана эта не затянется.
В душе моей пылает ад,
И мука эта не останется.
Я буду рядом, тенью верной,
Заботой окружу, теплом
И пусть любви огонь безмерный
Горит лишь в сердце потайном.
© Сердце Пиноккио 185
