Место для рекламы

Когда я поняла, что я Z: имени 22 июня текст

Это не текст-исповедь, это текст-констатация. Я прошу его перекинуть от меня в Фейсбук, я не хочу туда заходить. Аня Долгарева сказала, что поняла, что она — Z, когда ее заукраинскую/полуукраинскую подружку-волонтерку по котикам загребло СБУ за факт общения с ней. Я могу сказать, когда я поняла, что я — Z.

Я поняла это не тогда, когда всех моих товарищей в Киеве мучало гестапо из-за меня. Из-за факта общения со мной. Я их помню всех поименно. Никого называть не имею права. Многих из их мучителей уже нет: они полегли в Мариуполе на «Азовстали». Остальные — дело времени.

Я поняла это не тогда, когда священники моей русской церкви начали присягать ВСУ и автокефалии.

Я поняла это не тогда, когда взбесившиеся укропы, полагая, что я — девочка, слали мне наших двухсотых, рассчитывая на деморализацию, вместо которой получили холодную спокойную решимость.

Я поняла это немного ранее. Я — с Украины, мне можно не проявлять святой терпимости. То, что я за Россию, я знаю с 2016 года. Я сейчас не об этом. Я именно о спецоперации и нашем отношении к проблеме противления злу военными действиями.

Я поняла это холодным декабрьским вечером 2020 года, когда секретарь моего ученого совета, кандидат наук, Инна Владимировна с русской фамилией «Кузнецова», впервые написала мне, что русских в принципе не должно быть. Слов было сотни, писем сотни, они приходили каждую ночь вплоть до даты моего отъезда, с одним и тем же контентом. А директор института все молчала и кивала.

Я поняла это, когда увидела, что у моего товарища по Одессе 2 мая в тридцать лет — седые волосы.

Я поняла это, когда русская профессура с моей бывшей кафедры начала писать «психологические» кейсы для жен Турчинова и Порошенко.

Я поняла это, когда в какой-то момент после травли ЦИПСО я предпочла бы быть убитой и явно нарывалась на смерть: мне казалось, что своей смертью я больше помогу России, да и мне станет легче. Но украинцы мне сказали, что, если меня убить, «Россия точно нападэ». Я на это надеялась как на триггер. Но обошлось без моих хотелок.

Я поняла это, когда много месяцев подряд ЦИПСО покрывал мой паблик грязными обсуждениями моей внешности, и на фото я больше открыто не улыбаюсь. Также я поняла это, когда до меня дошло, что это не только укроботы: это МОЙ НАРОД СТАЛ ТАКИМ. Мои друзья, мои родственники, мои соседи… Трагедия Берлина развертывалась на моих глазах. Это массовое отравление злом.

Я поняла это летом 2021 года, когда великий человек, пожилой еврей-интеллигент, глава клуба одесситов, занял хатаскрайнюю позицию, а потом поддержал украинских нацистов. То же самое сделали поэты еврейского происхождения, на которых была вся надежда, в Киеве.

Я поняла это, когда мой родной отец объявил меня предателем Родины публично, и это было задолго до спецоперации. Я поняла, что я могу похерить паблик с 10 тысячами читателей, потому что мне не нужна публичность на чужом поле.

Я поняла это, когда мы с любимым не могли больше выходить из киевского подъезда без ожидания глумления и преследования.
Я поняла это, когда один раз вылетела из ученого совета, где выступила против кандидатской диссертации на тему «порочной ментальности русских». Это так и звучало.

Я поняла это, когда в отделе кадров НПУ мне предложили место уборщицы.

Я поняла это, когда моих друзей продолжали запугивать и сажать, а они, запуганные и растерянные, принимались унижаться перед украинской властью.

Я поняла это, пока три часа сидела в машине перед огнями русской таможни, как перед светом из окон дома.

Говорят, самое страшное испытание для Будды — не стрелы огненные в лице нацистов и не девы чувственные в лице либералов, а он сам, его ложное отражение, явившееся ему. Я поняла, что я Z ещё и ещё раз, когда здесь мне местные криптоукропы с дивана дали понять, что я — «хо#лушка» — лишняя, с темным майдановским прошлым, лишив меня не только плюшек в виде дипломов, премий, патриотических интервью, но и вообще права поэтического и научного голоса.

Я поняла, что я могу честно волонтерить с Z, и это не выглядит как тренд. И я на этом успокоилась. И больше ничего не будет. Никакой оглядки, никаких разворотов. Я сделала свой жизненный выбор, потому что видела ад. И этот ад должен быть уничтожен. Именно в этом и стоит задача христианина — уничтожить ад. Просто — нельзя иначе.

И, да, я не жертва. Я приложу все боевые усилия для уничтожения ада. 22 июня давно началось, восемь лет назад. И пусть напишут: «У нее личное». Да, у меня ЛИЧНОЕ. И у сотен тысяч таких, как я, — личное. Во время Великой Отечественной войны все личное было общим и наоборот, и писали на танках «За Зою!» — тоже личности с личными чувствами.

Zа Победу, родные. Это будет Vеликая Победа, как в 1945.

Опубликовала    26 июн 2022
7 комментариев
  • Аватар PATRIK catcher
    1 месяц назад
    Было бы наивно полагать, что примитивные идеи бандеровцев сумели бы прорасти на почве дружественной нам Украины внезапно, вдруг, без посторонней помощи "доброхотов" из Европы . Ведь по сути кроме ненависти к русским ничего созидательного, полезного для построения государственной жизни в них нет . Учение бандеры мертво с самого начала и страна избравшая мертвую идею обречено на распад . Логика разложения в действии .
  • Аватар Яромила Солнце
    PATRIK catcher
    1 месяц назад
    Вы правы.
  • Аватар Бекки
    1 месяц назад
    Я верила в Женю с 15 года)
  • Аватар Magistika
    1 месяц назад
    Понравилось. Мужественно очень.
  • Аватар Яромила Солнце
    Magistika
    1 месяц назад
    Она была на другой стороне, но сделала верные выводы в итоге.
  • Аватар Magistika
    Яромила Солнце
    1 месяц назад
    Это и восхищает.
  • Аватар Magistika
    Яромила Солнце
    1 месяц назад
    Отличный показательный пример, что не все скурвились (сорри за слово, другого не нашлось).

Похожие цитаты

Я — мальчик.
Я сплю, свернувшись в гробу калачиком.
Мне снится футбол. В моей голове — Калашников.
Не вовремя мне, братишки, пришлось расслабиться!
Жаль, девочка-врач в халатике не спасла меня…

Я — девочка-врач.
Я в шею смертельно ранена.
В моём городке по небу летят журавлики
И глушат Wi-Fi, чтоб мама моя не видела,
Как я со своим любимым прощаюсь в Твиттере…

Я — мама.
О фартук вытерев руки мыльные,

Опубликовала  пиктограмма женщиныРоза Марена  23 фев 2014

Кто-то бросает бомбу. Кто-то возводит храм.
Кто-то, как я, меняет, вехи гастрольных станций…
Благослови их, Боже: деток, бабулек, мам,
Жмущихся возле стойки в поисках консультаций.

Благослови хиппушку, липнущую к окну.
Мальчика в камуфляже.
Дядьку на иномарке.
На рукаве у мужа виснущую жену
Перед стерильной дверью с вывеской «Онкомаркер».

Сколько их, ждущих чуда: грустных, пугливых, злых?
Кто-то играет в «Тетрис». Кто-то читает Сартра.
Господи, если можешь, проконсультируй их:

Опубликовала  пиктограмма женщиныZoe  18 дек 2014

Обыкновенный нацизм "украинства"

Вчера говорила с последним украинцем. Ну, или с предпоследним, как кому больше нравится. В целом украинцы от меня отказались, и я воспринимаю это спокойно, помня о том опыте семьи, школы, университета, работы — опыте, который я получала двадцать лет и который получали и они тоже. Трудно объяснить это русскому, он не поймет это так, как я, воспитываемая в лихие девяностые, но не лихими девяностыми.

То был период зарождения ненависти к России как формы духовной жизни украинца. С 1991 года нас все…

Опубликовала  пиктограмма женщиныЯромила Солнце  24 мар 2022