Если бы море могло сидеть в кресле, поставив ноги на паровую батарею, и читать книгу, как могут это иногда женщины, которых мы любим, то я бы наклонился и поцеловал его ниже волос на затылке, в теплую шею и сказал: «Читай, читай… Это я просто так… Сиди…»
Мне было около 40, когда прочитал «Папа, ты спятил» Уильяма Сарояна. И сам восторженно спятил от одного названия. Весной 1979 года классика занесло на древнюю родину, а проездом в Питер.
Звонит Галя Силина, собкор «Литературки», бывшая судовая буфетчица и в силу этого мой корешок. Говорит, что вечерком привезёт Уильяма ко мне на фуршет, знаменитость хочет изучить быт советского писателя средней руки.
Жил я тогда один. Купил водяры, вина, закуску, утку и килограмм кислой капусты с клюквой. Зама…
Я обожаю книги. Я делю их на четыре категории.
Первая категория книг — это легкодоступные моему пониманию.
Вторая категория — придётся пораскинуть мозгами, чтобы освоить книгу.
Третья категория — обложка хорошая, но чем она меня удивит?
Четвертая категория — хочется попробовать, но, увы, книга не доступна для меня: дорогая или слишком заумная.
Но среди огромного количества книг всегда находится одна единственная книга, которая сильно отличается от остальных, и каждый раз с большим удовольствием перечитывая её, я нахожу среди страниц её души всё новые и новые смыслы…
…Кстати, с женщинами у меня также.