Возможно, что всё это так и есть: отчего ж не предсказать очевидное со стороны, когда ты не внутри, когда не обожжён саднящей надеждой вопреки всему, когда не беспомощен в тех чувствах, что не дают права на беспощадную борьбу и осаду?
Но для чего?
Для чего ещё, если не для тщеславной инъекции в иллюзию собственной неуязвимости…
А разве можно кого-то утешить своей, пусть и кажущейся неуязвимостью?
И разве надо?
Разве надо тогда, когда рядом кто-то живой, но почти сломленный… почти ушедший в глухую ненависть к себе… почти утративший способность различать что-то ещё, кроме вот этой самой взметнувшейся до небес боли?
Разве не понятнее ему сейчас сигналы молчаливого тепла, нескольких простых и не нацеленных ни на что особо слов, протянутой руки?
Знаете, почему мы все почти живём в страхе, что кто-то заподозрит наше личное крушение, и, как в старой песне Аллы, изо всех сил делаем вид, «чтоб никто и не подумал… чтоб никто и не поверил»?
Только потому, что боимся быть добитыми чужим тщеславием… и только потому сами однажды залезаем в ту же броню, «поддерживая» упавших своим самообманом гарантированного непопадания в такую же ситуацию.
И ещё раз — а надо ли?
Момент острой боли минует, и человек сам разберётся что и как… вот там хороша будет и логика, и анализ, и тщательный разбор полётов, и активный поиск оптимального решения, и признание ущерба…
А пока… просто встань рядом, если можешь.
Или отойди, если нет…
Мы испортили нашу планету из жадности. В известном смысле что-то делать на этой планете настолько поздно, что мне важнейшими кажутся самые простые вещи, такие как беседа, или прогулка с кем-нибудь, или манера определённого облака проплывать мимо.
Джим Джармуш
"Если каждый человек осознает, что он часть единого мира, то, естественным образом, будет делать лучшее на что он способен для всего окружающего. Никто не станет сам себе вредить"