Я отыскал ее на берегу морском;
она из золота, покрыта жемчугами;
Европа влажными брала ее руками,
плывя наедине с божественным быком.
Я с силой дунул в щель, и, словно дальний гром,
раскат морской трубы возник над берегами,
и полился рассказ, не меркнущий веками,
пропитанный насквозь морями и песком.
Светилам по душе пришлась мечта Язона,
и ветры горькие ветрил вздували лоно
на «Арго"-корабле; вдыхая ту же соль,
я слышу голос бурь и ропщущие волны,
и незнакомый звон, и ветер, тайны полный…
(Живого сердца стук, живого сердца боль.)
Нависла над синей морскою эмалью —
Я словно в ракушке.
… … … ...Читаю Бодлера,
Слова, как песчинки — легки и реальны…
Разлился минор на четыре октавы,
Волна неминуемой грусти накрыла
Уснувшие дюны, прибрежные травы.
Взлетаю… хоть я безнадежно бескрыла,
Мне миг — только миг невесомости нужен —
Сейчас, чтоб стремленье не стало химерой.
Рождаются мысли, как россыпь жемчужин,
В ракушке сознанья…
… … … ...Читаю Бодлера.
© Светлана Пешкова