— А ты точно уверен?
— Они прилетят!
Митька сказал это твердо, и в глазах его упрямо прыгали отблески костра. Костер был большим. Знали бы взрослые — выпороли, как пить дать. Но так надо. Ведь такой костер видно из космоса. В это верил Митька. А Сашка просто не спорил.
— А чего им сегодня-то лететь, не спится что-ль?
— Дурак ты Сашка, — отмахнулся мальчуган в длинной военной куртке. Куртка была отцовской и доставала ему почти до пяток. Брать ее было нельзя, но случай ведь особенный.
— Так ты объясни толком, чего обзываешься?
— Ладно тебе, не бурчи. По радио сегодня передавали, что там дождь большой из ме-тео-ритов.
— Да где там-то?
— На Марсе, где еще.
— А-а-а… — неопределенно протянул Сашка и, насупившись, уставился в темное ночное небо. — Пустота. Ни зги не видно.
— Они прилетят, — словно оправдываясь, вновь проговорил Митька.
— Угу.
Вокруг слышалась лишь тихая возня неспящих букашек да треск пламени, весело скачущего по свежим дровам, которые Сашка незаметно стащил из дедовского сарая.
— А почему сюда? — Сашке было очень неуютно сидеть ночью в поле, молча.
— Потому что наш костер видно из космоса, да и поле удобное для посадки.
Вдруг в небе замигали два огонька — зеленый и красный. Они медленно двигались по темному небосводу.
— Смотри!
— Вижу. Это просто самолет.
— Так, а мы что ждем?
— Они летают на тарелках. Самолеты в космосе не могут, мне папа рассказывал. Вот увидишь тарелку — тогда и кричи.
— Сам кричи, — вновь надулся Сашка, — И вообще это все неправда и нам попадет.
— Нет. Правда.
— А если не прилетят?
— Прилетят… — глухо отозвался Митька, — надо просто подождать. Подкинь еще дров.
— Уже подкинул, кончились.
— Тогда ждем.
Ветер шелестел пышными августовскими кронами деревьев, принося с бескрайних полей душистый запах разнотравья. За холмом, в деревне, залаяла собака.
— Мить.
— А?
— А если нет?
— Не может быть такого. У них же там дождь этот, им надо спасаться. А у нас костер… Самый большой… Его даже из космоса видно.
— Ну, вдруг не прилетят?
— Тогда… тогда зачем все? Речка, наша деревня и мы с тобой? Зачем школа, город и учеба? Вообще все — зачем?
— Не знаю Митька. Может… просто так?..
Друзья замолчали. Сашка, потому что не знал, что сказать, а Митька, потому что пытался сглотнуть горький ком в горле.
— Давай только еще подождем, чтоб наверняка?
— Давай…
Пронзительные отблески костра перестали отражаться в потухших Митькиных глазах. Все было зря.
— Ладно, пошли домой.
Друзья поплелись домой, а пламя еще долго взывало к безмолвному черному небу, в котором захлебнулась и утонула маленькая искренняя Надежда.
