Я приходил, садился у камина,
Молчал о том, чего сказать нельзя,
О том, что каждый день проходит мимо,
Пока мы называемся «друзья».
На подоконнике фиалки и столетник,
В окне на гвоздике осенний натюрморт.
-Ведь мы друзья? -Ты улыбнулась.
-Ну, конечно…
А про себя подумал снова:"Что за черт!"
И плыли руки, тонкие запястья,
Ты говорила мне про книги и кино,
И я б обнял тебя, и умер бы от счастья,
И умирал бы сотни раз ещё бы. Но…
Но мы друзья. И сгорбленною птицей,
Я сам себя в дожде ночном топлю.
Сливаются дома, деревья, лица…
Давай поссоримся? Ведь я тебя люблю.
И верил во взаимопониманье.
Я шел, как глупый агнец на закланье,
Как жалкая лягушка в зев змеи.
Но от страстей осталась лишь зола,
И чувства благородные остыли,
Когда я утром не нашел бутыли,
Которая спасти меня могла…
Не в силах распрямить согбенных плеч,
Шепчу: "Какое низкое коварство -
У страждущего отобрать лекарство,
На муки ада ближнего обречь!"
О женщины! Узнайте ж: с этих пор,
Когда я пью, не вижу вас в упор!