Дмитрий Хворостовский умер от онкологического заболевания. Мы собрали самые яркие высказывания оперного певца
22-го ноября из жизни ушел всемирно известный оперный певец Дмитрий Хворостовский. Мы собрали самые важные высказывания артиста о жизни, сцене, Родине и отношениях с супругой.
— Настоящие хорошие отношения выше интриг и зависти. Тут главное — если и прислушиваться к советам, так это должны быть советы профессионалов и тех, кого знаешь и любишь. Некомпетентных лучше не слушать.
— В день операции я делал приседания и хотел убежать из клиники, чтобы себя взбодрить, доказать себе, что жизнь продолжается.
— Многое из того, что меня раньше бесило, с чем ты не мог мириться до болезни, сегодня не имеет совершенно никакого значения.
— Адреналин для мужчины — это необходимость. Такая возможность утвердиться в своих глазах! Не для того, чтобы сказать друзьям: вот я какой мачо… Первый раз я прыгал тандемом, и теперь мне уже хочется самостоятельности. В принципе я не парашютист, а оперный певец. Но есть какие-то вещи, которые еще хочется сделать. Тем более что я с детства боялся высоты и продолжаю ее бояться. И эти прыжки каким-то образом решают мои проблемы.
— В 20 лет через пение я не выражал свою душу, не было ничего у мальчика ни в голове, ни на душе — что там могло быть? Но когда я пел, люди плакали уже тогда. Почему — не знаю. Был дар…
— Вообще я интроверт и люблю скрываться от людей. Мне плохо физически в публичных местах.
— Публика для меня представляет большую ценность. Но это не все. И то, что я делаю, не столько для публики, сколько для самого себя.
— Если Бог дал мне нормальную фигуру, если я хожу заниматься спортом — почему бы мне не показать свои мышцы?
— В свои 50 я очень многое уже успел. Даже если вдруг возьму и умру сейчас — сделано достаточно, чтобы оставить след и добрую память о себе. Так что я абсолютно ничего не боюсь.
— Я всегда знал себе цену, понимал, что у меня есть то, чего нет у многих миллионов людей, всегда имел перед собой цели, к которым стремился, которых привык добиваться.
— Я совершенно счастливый человек, потому что намеренно отдаю бразды правления жене, зная, что ей это приятно.
— В своей личной жизни очень счастлив. По-настоящему отдавая себе отчёт в том, что это такое.
— Я вообще не тусуюсь. У меня есть жена, четверо детей. Мне бы для них найти время. Его всегда не хватает.
— Я разводился по английским законам из боязни попасть в прессу. Идиот! Надо было по русским, но я поступил так, и считаю, что сделал правильно.
— Я учился очень плохо и никогда не отличался хорошим поведением. И даже больше — я был, пожалуй, одним из самых плохих учеников.
— Люди хотят почувствовать себя в одном шаге от успеха. Если соседка моя, домохозяйка с лицом дауна, смогла, то и я смогу тем более. Вот это нравится людям.
— Мне кажется, к виртуальной публичности стремятся люди, неудовлетворенные реальностью, тотально одинокие. А я разве что только «Андроидом» играюсь. Но это постыдное увлечение, когда утром открываю глаза, и одна рука тут же тянется к стакану с водой, а другая — к «Андроиду», это позор.
— Да, очень многие хотели бы любить нашу страну, имея ее на коленях. Меня такая поза страны не устраивает.
— Я всегда себя казню по поводу и без.
— Я русский человек, живущий и работающий на Западе. Поэтому любое враждебное слово в отношении нашей культуры я воспринимаю в штыки.
— Профессия для меня — жизнь, все остальное — фигня. Кроме семьи и детей, конечно.
— Лучшего друга, чем моя любящая жена или мой отец, мне не найти.
— Мужчина по природе своей — охотник, поэтому он свою семью периодически покидает, чтобы потом вернуться с добычей. Я этот инстинкт всегда очень остро чувствую. Я могу сидеть дома месяц, даже два, а потом начинаю ощущать, что мне чего-то не хватает, и понимаю, что пора «выходить на охоту».
— Каждый выход на сцену — это для меня необходимость доказывать свое мастерство и публике, и самому себе. Раз за разом брать свою вершину.
— Российская публика — самая трудная в мире. Петь перед нею — огромная ответственность. Потому что публика в России каждый раз ждет от тебя чуда. И каждый раз ты обязан его совершить.
— При всей публичности моей профессии в повседневной жизни я нелюдим, обитаю в своем «коконе». И стремлюсь туда никого не впускать.
— Любовь, здоровье, жизнь — что еще может быть дороже этого.
