И вновь о синеве
Ты говорил про струны душ и что любви охота,
Сжимая свой заляпанный стакан,
Воняя прошлогодним грязью, перегаром, пОтом,
Слезу пустить пытался по высохшим щекам.
Ты рассказал, как в жизни было трудно,
Все сволочи и требуют оплаты по счетам,
И хоть впадал в запои беспробудно,
Ты неустанно проклятья слал «всем этим господам!».
Ты прожил столько лет себя не помня,
Попутав в этом мире всё и вся,