В груди — перестук копыт аргамаков,*
Идём по канату тропы Ай-Петри,
Завернувшись в душистость полыни и маков,
Балансируем между туманом и ветром.
Кроме нас — ни души, только ягодный тис.
В именах наших корни — до миллиметра.
Шёпот ветвей и пичуг пересвист.
Меня зовут Пётр, её зовут Петра.
Судьба нас обоих не очень ласкала:
Петра — из Праги, я — питерский парень.
Я Петру учил держаться на скалах,
А Петра меня — как держаться в баре.
В созвучье имён — созвучие судеб:
Древний заговор букв над нами шаманит.
Тянется нить от межгрудья к межгрудью —
Чтоб мы не терялись в людском океане.
Худющая… рыжая… нос обветрен,
Но когда на вершине, в рассвете хмуром,
В глаза заглянул ей — то сразу допетрил:
«Не могу без неё…» — и, по-моему, умер…
От счастья.
Нам венчальную пел в ту минуту Ай-Петри.
*аргамаки — название восточных породистых верховых лошадей.
Петр и Петра
© Двенадцать струн 167
