«Что за существование, -- размышлял он, -- остановить взгляд на явлении, принять образ в себя, вспыхнуть на минуту и потом холодеть, скучать и насильственно или искусственно подновлять в себе периодическую охоту к жизни, как ежедневный аппетит! Тайна уменья жить -- только тайна длить эти периоды, или, лучше сказать, не тайна, а дар, невольный, бессознательный. Надо жить как-то закрывши глаза и уши -- и живется долго и прочно.
----------------------

— А куда вы направляетесь?
— Географически?
— Да.
— Подальше от зимы!

Проклятая жизнь. Принимаешь — кошмар и не принимаешь — кошмар. Какой-то чудовищный тупик, так я скажу.

— Я всегда с куревом. А почему — потому что стреляю. Стреляю при каждом удобном случае, и у меня пачка живет дольше, чем у Хардинга. Он курит только свои. Поэтому и кончаются они у него скорее…

она… моя лучшая половина — но, по-видимому, эта формула предполагает некое равенство, правда?
-------------

Знаете ли вы, однако, — продолжал он задумчиво, — что в Спарте к западу от цитадели, среди хаоса едва видимых руин, находится нечто наподобие цоколя, на котором поныне различимы буквы LASM. Несомненно, это часть слова GELASMA [cмех (греч.)]. Так вот, в Спарте стояла тысяча храмов и алтарей, посвященных тысяче разных божеств. И странно до чрезвычайности, что алтарь Смеха пережил все остальные!

— Почему это люди такие злые, Нонна Юрьевна?
— Неправда, Коля, люди добрые. Очень добрые.
— А почему же тогда обижают?
— Почему?..
Вздохнула Нонна Юрьевна: легко вам вопросы задавать. Можно было не ответить, конечно. Можно было и отделаться: мол, вырастешь — узнаешь, мал еще. Можно было и на другое разговор этот перевести. Но Нонна Юрьевна в глаза Кольке заглянула и лукавить уже не могла. Чистыми глаза были. И чистоты требовали.
— О том, что такое зло, Коля, и почему совершается оно, люди давно…
… показать весь текст …

Ветер реформаторских перемен подул в период правления царя Сервия Туллия (578 — 534 г. г. властвования). В результате преобразований было удовлетворено основное требование плебеев — они были включены в состав римского народа и получили право участвовать в народном собрании. Суть реформ заключалась в следующем: патриции и плебеи (мужчины) были разделены по имущественному принципу на 5 частей. В первую группу попали те граждане Рима, размер имущества которых был эквивалентен 100 и более тыс. ассов (медных монет)

Поза в дипломатии и в семейной жизни — основа основ. Кто первый какую позу занял, тот и будет до конца хозяином. Умение обидеться — наука, а умение прощать — целая отрасль наук. Здесь нельзя ошибиться ни на йоту, ни в чём: ни во взгляде, ни в жесте, ни в слове и, упаси Бог, — в преждевременной улыбке.

Как она ласкова со мною! Удивительно! Должно быть, она или очень доброе сердце имеет, или очень умна, что через грубую провинциальную кору видит мою доброту. Но как еще я сердцем слаб! Вот что значит очень долго и постоянно заниматься чистой и прикладной математикой. При сухих выкладках сердце скучает, зато, когда представится случай, оно отметит и одурачит математика. Так и мне сердце отметило; я вдруг влюбился, как несовершеннолетний, влюбился до того, что готов делать глупости. Хорошо еще, что у меня воля твердая и я, как бы ни увлекался, из бюджета не выйду.

И наконец положите в чай сахар. Для рабочих людей нормой является две ложки и два кусочка сахара. А чай без сахара — это своего рода признание того, что все совершаемые вами в жизни действия не требуют особых усилий.
***
Некоторые продукты живут в холодильнике всё время его существования. К таким продуктам относятся полбанки томатной пасты, бутылка лимонного сока и старое вареное яйцо.
***
Если вы умираете, это не значит, что вы не можете как следует повеселиться.
***

Не сидите сложа руки в ожидании чуда, готовьте это чудо сами настолько, насколько хватит ваших сил…

Уродство — это прекрасно!

Всё, что отдаёшь миру, возвращается тебе.
Всё, что оставил себе, потеряно на всегда.

1) Их не берут никакие постановления парламента: они любят жизнь.

2) Леди узнается по туфелькам и перчаткам.

3) Вдруг там кто-то есть? Но не было никого. Кресла еще помнили позы.

4) Шум — признак удачного приема.

5) Друзья без имен и песни без слов нам милее всего.

- «Дорожка к счастью» хороша на море, - сказал Кондратьев
мечтательно.
- Ну, не скажите. Я сам из Торжка, речушка у нас там маленькая, но очень чистая. А в заводях — кувшинки. Ах, как отлично!
- Ага, — сказал Кондратьев улыбаясь, — в мое время это называлось
«тоска по голубому небу».
- Это и сейчас так называется. А на море… Я как-то сидел - на Гаваях это было — ночью, луна изумительная, где-то девушки поют, и вдруг
из воды как полезли, полезли какие-то… в рогатых костюмах…
- Кто?!
- Эти… спортсмены…

Наконец совершилась и свадьба, против общего ожидания, очень скромно…
Ни разливанного моря, ни разгоряченных лиц и развязных языков, ни радостных кликов не было. Пуще всего разочарована была дворня этой скромностью, хотя люди и успели напиться, но не до потери смысла, и по этой причине признали свадьбу невеселою.
-------

У входа в город повесили плакат: «Макондо», другой, побольше, установили на центральной улице, он гласил: «Бог есть».
-----------

Она смотрела на него так, как никогда ни одна женщина не смотрела и не посмотрит на меня.

А Сережа Завьялов и Сабуро Микими оставили там столько своей жизни, что не сумели дожить до возвращения.
--------------------

Я так давно молчу, что меня прорвет, как плотину в паводок, и вы подумаете, что человек, рассказывающий такое, несет ахинею, подумаете, что такой жути в жизни не случается, такие ужасы не могут быть правдой. Но прошу вас. Мне еще трудно собраться с мыслями, когда я об этом думаю. Но всё — правда, даже если этого не случилось.
***
А смеется не так, как этот, по связям с общественностью, — громко, свободно смеется, весело оскалясь, и смех расходится кругами, шире, шире, по всему отделению, плещет в стены.
-------