… ночью город — опрокинутое небо.

На холодной земле стоит город большой,
Там горят фонари, и машины гудят.
А над городом — ночь.
А над ночью — луна.
И сегодня луна каплей крови красна.
Дом стоит, свет горит,
Из окна видна даль.
Так откуда взялась печаль?
И вроде жив и здоров,
И вроде жить — не тужить.
Так откуда взялась печаль?
А вокруг — благодать: ни черта не видать.
А вокруг — красота: не видать ни черта.
И все кричат: «Ура!»
… показать весь текст …

Все же родной город — это высокая концентрация впечатлений. Не чего-то определенного, а всего сразу. Сильного, слабого, радостного и печального — таким мощным потоком, что просто захлебываешься.

Город пышный, город бедный,
Дух неволи, стройный вид,
Свод небес зелёно-бледный,
Скука, холод и гранит —
Всё же мне вас жаль немножко,
Потому что здесь порой
Ходит маленькая ножка,
Вьётся локон золотой.

Клептомания порок…

В тёмном городе
В темную-темную ночь
Тебе грустно и, может быть,
Даже не спится,

Посмотри,
За окном
В непогоду и дождь
Кружат белые-белые птицы.

Меня город встречает звонами,
Воробьями, шуршанием шин,
Мелодичными телефонами,
Круговертью людей и машин.

Пусть реклама кричит восторженно,
Я не чувствую, что чужой —
Столько прожито здесь, всё исхожено —
Этот город мне в доску свой!

Что ж, что стелится смог удушливый?
Себя чувствуешь VIP-ом, поверь,
Когда сам пред тобой услужливо
Супермаркет откроет дверь!
… показать весь текст …

Ногами вверх

В лужах отраженье — все ногами вверх,
Худоба в колготках и могучий клерк.

Воин в новой форме — праздничный валет,
Даже вверх ногами встал велосипед.

Тёмные деревья вниз себе растут,
На воде разлёгся целый институт.

Город проживает, весь ногами вверх
Слишком быстро тает прошлогодний грех.

— Шахматова… Осторожно, двери закрываются! Следующая остановка — Шашкина.

Город мой возведён на века,
Славой вечной в трудах возвышаться.
Но судьба оказалась горька, —
Проходимцам хватило лет двадцать —
Разорвать, измельчить, прокутить,
Всё забросить, забыть и покинуть,
За здоровый страны аппетит,
Что сама в межусобице гинет.
Я несу свой ночной караул,
Обходя комендантские дали,
И пока я еще не уснул,
Город мой у меня не украли.

Влюбляюсь в город свой я вновь и снова,
Когда брожу средь зелени аллей.
С деревьями обняться я готова,
Играть с тенями жилистых ветвей.

Встав на цыпочки, тронуть купол неба,
За алый бантик потаскать зарю,
Теряться в зонтиках, сбегая к лету,
Мозаику цветную их люблю.

Прохожие в какой-то миг родные,
Единым ритмом слышатся сердца.
И чувствую, что не одна я в Мире,
Вокруг щебечут детства голоса.
… показать весь текст …

Городской пейзаж прекрасен и настолько же ужасен!
Здесь асфальт, бетон и пыль, много птиц, людей, горилл; здесь деревья и трава, Соколиная гора.
Тут автобус, там трамвай; фонари, собачий лай.
Смех детей, игра теней, обсуждения идей.
Магазины, рестораны и общественные бани.
Здесь все то, что любишь ты или это просто сны?!

Сражение македонян и иллирийцев.

Когда иллирийцы напали на Македонию царь Аэроп был ещё младенцем.
Македоняне вынесли кроватку с ребенком на поле брани, выстроились перед ней в боевой порядок и не имея возможности отступить победили врага.

Когда у нас с моим другом состоялся разговор, как во время войны ополченцы защищали свой город и не отступали он сказал простую истину. В городе за спиной у тебя остались жена и твои дети. Ты бы отступил? Всё сразу стало понятно без слов.

Теперь подумайте, можно ли захватить Донбасс, если его защищают ополченцы. Даже если врагу помогает весь мир.

Гарь, копоть, трупы, взрывы. АД
Бои идут за город СТАЛИНГРАД
Бомбежка, снайпер, танки, мины, СМРАД
Бои идут за город СТАЛИНГРАД
Чуйков, Родимцев, Зайцев, Павлов, НИ ШАГУ ВСЕМ НАЗАД
Бои идут за город СТАЛИНГРАД
Прорыв, кольцо, котел, УРАН, и пленных взгляд
ТЕБЯ МЫ ОТСТОЯЛИ СТАЛИНГРАД!!!

Прит 16:32−33: «Лучше быть терпеливым воином, чем смелым; и лучше владеть собой, чем владеть целым городом. Ища решения, люди бросают жребий, но решение приходит от Господа.»

Карамзин, путешествовавший по революционной Франции 1790 года, был потрясен парижским сочетанием роскоши и нищеты. Соотечественникам он советовал задержаться на террасе сада Тюильри, откуда Париж выглядел величественным и не шокировал обоняние путешественника. Идти дальше Карамзин не советовал — чтобы не встретить «тесные улицы, оскорбительное смешение богатства с нищетою; подле блестящей лавки ювелира — кучу гнилых яблок и сельдей»:

«…везде грязь и даже кровь, текущую ручьями из мясных рядов,…
… показать весь текст …