Наум Сагаловский

15 цитат

Вернётся всё...

Вернётся всё — и плеск речной волны,
и певчих птиц безудержное пенье,
и маминой руки прикосновенье,
и детский сон, и первый день войны,
и милых лиц немая череда,
и восемь дней, украшенных менорой,
и девочка, та самая, с которой
ты прожил жизнь, как прежде, молода,
вернётся всё — на самый краткий миг
у жизни и судьбы на переломе,
вернётся всё и канет в бездну, кроме
души, освобождённой от вериг, —
тогда-то и наступит благодать,
обещанная божеским заветом,

Опубликовал  Александр Германт   24 октября 2016 2 комментария

За лесом, за бором, за синим забором
живёт моя Старость одна,
ни с кем не судачит, смеётся и плачет,
и ждёт меня в гости она.

Всё там уж готово для гостя такого,
прибытия ждут моего
болезни, мытарства, долги и лекарства,
и к ним ещё много чего.

Когда-нибудь в среду я в гости приеду,
и Старость обнимет меня,
седины пригладит и рядом усадит,
как будто мы с нею родня.

Опубликовал  Александр Меркулов   26 декабря 2018 Добавить комментарий

Лабораторная история

— Марк Соломоныч, вопрос для истории,
нас не услышат за этими стенками:
что вы тут делали в лаборатории
после работы с тремя ассистентками?

— Я? Ничего. Я был весь захлопотанный,
просто работал над рац. предложением.
— Да? Почему же наш кролик подопытный
смотрит на вас, блин, с таким уважением?

Опубликовал  Александр Германт   13 декабря 2017 16 комментариев

Когда бы не любовь...

Когда бы не любовь —
не стоило б и жить.
Мани её —
дождём
и криком журавлиным,
и смехом,
и слезой,
которые даны нам,
чтоб выплеснуть слова
и душу обнажить.
Когда бы не любовь,
к чему тогда стихи,
и светлая печаль,
и музыка —

Опубликовал  Александр Германт   25 октября 2016 2 комментария

Поэзия

Из ветра, из мрака ночного,
из вечной густой мерзлоты
однажды рождается Слово,
где буквы просты и чисты,
но в них ликованье и мука,
и рай, и земная юдоль,
и холод, и зной, и наука
любви, утоляющей боль,
как-будто они на подмогу
в безмолвную душу влились.
А Слово возносится к Богу,
как ангел, взлетающий ввысь.

Опубликовал  Александр Германт   26 октября 2016 3 комментария

Что вы мне...

Что вы мне — Толстой, Толстой, Толстой?..
Да, читал, читал. Боюсь, что мало.
Я, признаться, человек простой,
мне ещё Толстого не хватало!

А с чего вы так уж им горды?
Ах, талант! Мудрец! Художник слова!
Вы слыхали, как поют дрозды?
То-то же! А вы мне — про Толстого!..

Опубликовал  Александр Германт   07 марта 2017 2 комментария

В лунную ночь

В лунную ночь облака собираются в круг,
в тёмных кудрях утопают неяркие блики,
дальние звёзды таинственны и многолики,
видимо, каждая мнит себя ярче подруг,
в лунную ночь просыпается старый поэт,
молча лежит, бесконечные строфы слагая,
а за окном серебрится берёза нагая,
ели поникли, виднеется их силуэт,
бедные строфы, как тяжко даются они,
жизнь пролетела, дурна ли была, хороша ли,
всяко бывало — и слёзы её орошали,
и украшали медовые годы и дни,
вечно в работе, был молод, не лез на рожон,
пел, волновался, влюблялся, Пегаса треножил,

Опубликовал  Александр Германт   24 октября 2016 1 комментарий

Эйнштейн и Бог

Когда Господь, кудряв и бородат,
призвал к себе профессора Эйнштейна,
Он руку жал тому у райских врат,
и речь Его была благоговейна:
«Профессор, ты, видать, большой шутник,
но дам тебе неслыханную дань я —
за то, что ты единственный проник
в глубинные основы мирозданья,
и всё, чего ты в жизни был лишён,
вручу в награду, если мне позволишь!»
«Мein Gott, — сказал профессор, — danke schon,
ich hat одно желание всего лишь,
прошу тебя, Всевышний, offne mir
ту формулу…

Опубликовал  Александр Германт   27 октября 2016 2 комментария

К Музе

Когда я приду на собрание муз,
все беды и радости будут вчерашни,
и Муза, со мною водившая шашни,
потупится, пряча свой стыд и конфуз,
а я ей скажу:
«Дорогая моя,
ушедшего в Лету не надо стыдиться,
мой круг завершён, я — фантом, небылица,
уже по дороге в иные края.
Ты мне изменяла на первых порах,
потом, как супруга, была благосклонна,
как жаль, что нестройная эта колонна
стихов наших бедных рассыплется в прах.
Ты с детства лишала меня немоты,

Опубликовал  Александр Германт   25 октября 2016 Добавить комментарий

Помнишь, мама моя, как я мужа-еврея,
Никого не спросив, привела к тебе в дом?
Строго глянула ты и, от злости зверея,
Прокричала: «Катись вместе с этим жидом!»
Он учился тогда на врача-окулиста,
Не имел ничего — ни рубля, ни угла,
Он играл на трубе Берлиоза и Листа,
Только этого ты оценить не могла.
Не давала ему ни картошки, ни сала,
Отвечала по-хамски, о чём ни спроси,
И в партком на него анонимки писала,
Будто слушает он по ночам Би-Би-Си.
Бедный Гриша, ну как же терпенья хватило?
Не ушёл, не сбежал, не отбился от рук,

Опубликовал  Борис Перельмутер   24 июля 2019 2 комментария

Майская ночь

…Это ветер, сыночек, он рядом, вот-вот,
со своей навевающей сны колыбельной,
он сидит на верхушке сосны корабельной
и оттуда негромкую песню поёт.
Баю-баюшки-бай, это дождь моросит,
славный дождь, от него никаких потрясений,
он с тобою всю ночь, долгожданный, весенний,
мелкий, будто просеянный множеством сит,
и темно за окном. Не пугайся, сынок,
это ходики бьют, это ёжик протопал,
он стучит осторожными ножками об пол,
а потом засыпает, свернувшись в клубок.
Спи, сыночек, усни, шлоф, майн иньгэлэ, шлоф,
это мама моя, это сон незабвенный,

Опубликовал  Александр Германт   22 мая 2017 Добавить комментарий

Будь прокляты вагоны и вокзалы...

1955 — 2014

Я с детства не любил дорог —
воздушных, водных и железных,
и мог бы много слов нелестных
сказать о них, прости мне Бог, —
то перелёт, то переезд,
вагоны, станции, паромы,
недолговечные хоромы,
привычный временный насест,
и сон под рельсов перестук,
что вдаль меня куда-то мчали,
немые спутники печали,

Опубликовал  Александр Германт   23 октября 2016 Добавить комментарий

Пора увяданья, редеющих листьев, пора
холодных ночей, азиатского странного гриппа,
тоски по теплу, бесконечного кашля и хрипа.
Какой панацеей порадуют нас доктора?

Сказаться больным и не думать уже ни о чём,
сидеть у окна и за стаей следить журавлиной.
Горчичный компресс и горячего чаю с малиной,
и сладко уснуть, привалившись к подушке плечом.

И слышать во сне, как хлопочет жена или мать
и давняя боль просыпается где-то под сердцем,
и некую Алку с еврейской фамилией Селцер
увидеть, проснувшись, отвергнуть и не принимать.

Опубликовала  баба матрЁшка   24 июля 2017 Добавить комментарий

из Ветхого Завета

Вот вам жизненная драма,
зов судьбы, накал страстей:
у пророка Авраама долго
не было детей.

Со своей супругой Саррой
прожил восемьдесят лет,
вот уж Сарра стала старой,
но детей всё нет и нет.

А у них была служанка,
как оно водилось встарь,

Опубликовал  комсомолец   27 декабря 2015 Добавить комментарий

СИРОТА

Своих родных я знаю слабо.
Запомнить — голову сломать:
Мороз — мой дед,
Яга мне — баба,
Дюма — отец,
Отчизна — мать.

Опубликовала  lenoka20   05 января 2013 Добавить комментарий