Сергей Есенин: цитаты, афоризмы, высказывания и мысли великих и умных людей

Ты меня не любишь, не жалеешь,

Разве я немного не красив?

Не смотря в лицо, от страсти млеешь,

Мне на плечи руки опустив.

Молодая, с чувственным оскалом,

Я с тобой не нежен и не груб.

Расскажи мне, скольких ты ласкала?

Сколько рук ты помнишь? Сколько губ?

Знаю я — они прошли, как тени,

Не коснувшись твоего огня,

Многим ты садилась на колени,

А теперь сидишь вот у меня.

Пусть твои полузакрыты очи

И ты думаешь о ком-нибудь другом,

Я ведь са… читать дальше →

Любовь — это купание, нужно либо нырять с головой, либо вообще не лезть в воду. Если будешь слоняться вдоль берега по колено в воде, то тебя только обрызгает брызгами и ты будешь мёрзнуть и злиться.

Ты меня не любишь, не жалеешь,
Разве я немного не красив?
Не смотря в лицо, от страсти млеешь,
Мне на плечи руки опустив.

Молодая, с чувственным оскалом,
Я с тобой не нежен и не груб.
Расскажи мне, скольких ты ласкала?
Сколько рук ты помнишь? Сколько губ?

Знаю я — они прошли, как тени,
Не коснувшись твоего огня,
Многим ты садилась на колени,
А теперь сидишь вот у меня.

Пуст твои полузакрыты очи
И ты думаешь о ком-нибудь другом,
Я ведь сам люблю тебя не очень,
Утопая в дальне… читать дальше →

Я спросил сегодня у менялы,

Что дает за полтумана по рублю,

как сказать мне для прекрасной Лалы

по-персидски нежное «люблю»?

И еще спросил я у менялы,

легче ветра, тише Ванских струй,

как сказать мне для прекрасной Лалы

слово ласковое «поцелуй»?

И еще спросил я у менялы,

в сердце робость глубже притая,

как сказать мне для прекрасной Лалы

как сказать ей, что она моя?

И ответил мне меняла кратко:

о любви в словах не говорят,

о любви вздыхают лишь украдкой,

да глаза, как яхонты горят.

поцелуй названья не имеет,

поцелуй — не надпись на гробах,

алой розой поцелуи веют,

лепестками тая на губах.

От любви не требуют поруки,

с нею знают радость и беду,

«Ты моя» — сказать лишь могут руки,

что срывали черную чадру.

Что сказать мне вам об этом ужаснейшем царстве мещанства, которое граничит с идиотизмом? Кроме фокстрота, здесь почти ничего нет, здесь жрут и пьют, и опять фокстрот. Человека я пока ещё не встречал и не знаю, где им пахнет. В страшной моде Господин доллар, а на искусство начихать — самое высшее мюзик-холл. Я даже книг не захотел издавать здесь, несмотря на дешевизну бумаги и переводов. Никому здесь это не нужно… Пусть мы нищие, пусть у нас голод, холод… зато у нас есть душа, которую здесь сдали за ненадобностью в аренду под смердяковщину.

Не криви улыбку,

Руки теребя,

Я люблю другую,

Только не тебя.

Ты сама ведь знаешь,

Знаешь хорошо,

Не тебя я вижу,

Не к тебе пришел.

Проходил я мимо,

Сердцу все равно,

Просто захотелось

Посмотреть в окно.

Лицом к лицу-лица не увидать: большое видится на расстоянии

Не тужи, дорогой, и не ахай,

Жизнь держи, как коня, за узду,

Посылай всех и каждого на х. й!,

Чтоб тебя не послали в п… ду!

Поэт должен думать о смерти, чтобы острее чувствовать жизнь.

Гой ты, Русь моя родная, Хаты в ризах образа… Не видать конца и края — Только синь сосет глаза.

Если крикнет рать святая: «Кинь ты Русь, живи в раю!» Я скажу: «Не надо рая, Дайте родину мою».

Сила железобетона, громада зданий стеснили мозг американца и сузили его зрение. Нравы американцев напоминают незабвенной гоголевской памяти нравы Ивана Ивановича и Ивана Никифоровича. Как у последних не было города лучше Полтавы, так и у первых нет лучше и культурней страны, чем Америка.

Да! Тепеpь pешено. Без возвpата

Я покинул pодные поля.

Уж не будут листвою кpылатой

Hадо мною звенеть тополя.

Hизкий дом без меня ссутулится,

Cтаpый пес мой давно издох.

Hа московских изогнутых улицах

Помеpеть, знать, судил мне Бог.

Я люблю этот гоpод вязевый,

Пусть обpюзг он и пусть одpях.

Золотая дремотная Азия

Опочила на куполах.

А когда ночью светит месяц,

Когда светит… чеpт знает как!

Я иду, головою свесясь,

Переулком в знакомый кабак.

Шум и гам в этом логове жутком,

Но всю ночь напролет, до зари,

Я читаю стихи пpоституткам

И с бандитами жарю спирт.

Cеpдце бьется все чаще и чаще,

И уж я говорю невпопад:

«Я такой же, как вы, пропащий,

Мне теперь не уйти назад».

Низкий дом без меня ссутулится,

Cтаpый пес мой давно издох.

Hа московских изогнутых улицах

Умереть, знать, судил мне Бог.

Любовь — это купание… нужно, либо нырять с головой… либо вообще не лезть в воду… Если будешь слоняться вдоль берега по калено в воде, то тебя только обрызгает… и ты… будешь мёрзнуть и злиться…

Я б навеки забыл кабаки, и стихи бы писать забросил, только б тонко касаться руки, и волос твоих цветом в осень…

Ты меня не любишь, не жалеешь, Разве я немного не красив? Не смотря в лицо, от страсти млеешь, Мне на плечи руки опустив. Молодая, с чувственным оскалом, Я с тобой не нежен и не груб. Расскажи мне, скольких ты ласкала? Сколько рук ты помнишь? Сколько губ? Знаю я — они прошли, как тени, Не коснувшись твоего огня. Многим ты садилась на колени, А теперь сидишь вот у меня. Пусть твои полузакрыты очиИ ты думаешь о ком-нибудь другом, Я ведь сам люблю тебя не очень, Утопая в дальнем дорогом. Этот пыл не называй судьб… читать дальше →

Да! Теперь — решено без возврата

Я покинул родные края,

Уж не будут листвою крылатой

Надо мною звенеть тополя.

.

Низкий дом мой давно ссутулился,

Старый пёс мой давно издох,

На московских изогнутых улицах

Помереть, знать, судил мне Бог.

.

А я люблю этот город вязевый,

Пусть обрюзг он и пусть одрях.

Золотая дремотная Азия опочила на куполах.

.

А когда ночью светит месяц…

Когда светит чёрт знает как!

Я иду, головою свесясь,

Переулком в знакомый кабак;

.

Шум и гам в этом логове жутком,

Но всю ночь напролёт до зари,

Я читаю стихи проституткам

И с бандюгами жарю спирт.

.

Сердце бьётся всё чаще и чаще,

И уж я говорю невпопад:

«Я такой же, как вы, пропащий,

Мне теперь не уйти назад.»

.

Назкий дом без меня ссутулился,

Старый пёс мой давно издох,

На московских изогнутых улицах,

Умереть, знать, судил мне Бог.

Не жалею, не зову, не плачу,

Все пройдет, как с белых яблонь дым.

Увяданья золотом охваченный,

Я не буду больше молодым.

Ты теперь не так уж будешь биться,

Сердце, тронутое холодком,

И страна березового ситца

Не заманит шляться босиком.

Дух бродяжий! ты все реже, реже

Расшевеливаешь пламень уст

О, моя утраченная свежесть,

Буйство глаз и половодье чувств!

Я теперь скупее стал в желаньях,

Жизнь моя, иль ты приснилась мне?

Словно я весенней гулкой ранью

Проскакал на розовом коне.

Все мы, все мы в этом мире тленны,

Тихо льется с кленов листьев медь…

Будь же ты вовек благословенно,

Что пришло процвесть и умереть.

В грозы, в бури, в житейскую стынь, при тяжёлых утратах и когда тебе грустно, казаться улыбчивым и простым — самое высшее в мире искусство.

Снова выплыли годы из мрака
И шумят, как ромашковый луг.
Мне припомнилась нынче собака,
Что была моей юности друг.
Нынче юность моя отшумела,
Как подгнивший под окнами клен,
Но припомнил я девушку в белом,
Для которой был пес почтальон.
Не у всякого есть свой близкий,
Но она мне как песня была,
Потому что мои записки
Из ошейника пса не брала.
Никогда она их не читала,
И мой почерк ей был незнаком,
Но о чем-то подолгу мечтала
У калины за желтым прудом.
Я страдал… Я х… читать дальше →

Я не знал, что любовь — зараза,
Я не знал, что любовь — тюрьма,
Подошла и прищуренным глазом
Хулигана свела с ума.