Кот Басё Светлана Лаврентьева

399 цитат

Так здорово выйти на солнцем согретую улицу и просто представить, что я в этом городе — первая, и в брызгах фонтана с тобой целоваться и жмуриться — от длинных ресниц и еще от чего-то, наверное… И снова по парку, в обнимку и яблоко — поровну, и белки — смешные, воланчик забрался на дерево, я тоже полезу… коленки ободраны… здорово! Мне так интересно, я снова во что-то поверила… Мы кольца не носим… Пойдем и распишемся заново? А лучше еще промотаем — до взгляда случайного. Мы будем стесняться знакомиться с нашими мамами, я снова сбегу — на последнем трамвае — встречай меня! Уедем на море, в Латинском квартале укроемся и, сидя в саду, имя сыну придумаем славное… Давай помечтаем, как все в нашей жизни устроится. Забудь о других, ты же знаешь, что мы — это главное. Мы рядом сто лет, и давно все привычки изучены. Любовь — это флюгер — на месте, но в разные стороны. Мы часто друг друга своей невозможностью мучили…
Пойдем погуляем, на улице, правда, так здорово!

Опубликовала  blondex   24 июля 2012 6 комментариев

Калитка скрипнет, пёс поднимет вой. Да что ты брешешь, глупый, Бог с тобой, соседи проследят — распустят слухи. Не дело это — в лес ходить к старухе, и страх, и грех, вернуться бы живой.

Село, погост, березы на гробах, иди, куда ведёт тебя судьба, околица, стволы, лесная чаща. Кто ищет, говорят, всегда обрящет, но говорят ещё: судьба слепа.

В лесу огнём отмечен старый ствол, старуха промышляет колдовством, который век из чащи не выходит. Над ветхим домом птицы хороводят и крыльями касаются…

Опубликовала  Nonstop   11 мая 2017 Добавить комментарий

Дорога начинается не с выезда, не с запертой машины во дворе, дорога — это то, что в сердце вызрело, господь привел или кривая вывезла, дорога не умеет не гореть.
Лежит наш мир — изученными картами — и, кажется, довольно пары фраз, но сломаны вселенские локаторы,
куда свернем? Давай по навигатору, а вдруг не подведет на этот раз. Налево со двора и прочь из города, по трассе — в порт, а там уже решим. Мы все больны: морской ли, звездной, горной ли, бездомные, отчаянные, гордые, скитальцы серд…

Опубликовала  Nonstop   12 февраля 2018 20 комментариев

Чтобы помнили

Спасибо ИМ за нас.

Мне тогда было восемь. Знаешь, какое лето в белорусском полесье — трава достает до плеч… И бежишь в ней, хохочешь, собака несется следом, как устанешь бежать — можно в теплую зелень лечь и смотреть в облака, и бинокль сложив из пальцев, сочинять: это лошадь, а это — ее седло… Возле заводи шумно, мальчишки зовут купаться, там, где мелко, вода прозрачная, как стекло. Видно маленьких рыбок — их можно ловить руками, только жалко: смешные, беспомощные мальки… Накупавшись до одури, мчишься обратно, к маме — ее руки, слегка белесые от муки, пахнут сдобой и травами… Ждет на столе картошка, и кувшин молока, и еще не остывший хлеб… Я смотрю, как летит самолет — далеко, в окошке… Его тень, как беда, расстилается по земле. Я смотрю, как летит самолет… Молоко в кувшине начинает дрожать… Через поле солдат бежит…

— А потом что случилось, дедушка? Расскажи мне!

— А потом началась война.

И я стал большим.

Опубликовала  баба матрЁшка   11 мая 2018 Добавить комментарий

Проснись, взгляни на холод и дожди, на здания, бредущие сюда, на провода — их взглядом проводить и осознать, что осень — навсегда. Взгляни на дом, пустой и неживой, казенный, желтый, окнами во двор, на женщину, что станет не женой, но той, что не изменит ничего. Взгляни на сахар инея — стекло отчаянно болеет ноябрем. Все было бы другим, но не могло. Приходит осень. Мертвых уберём.

Приходит осень, в сумраке окна горит огонь и люди говорят, и дом им — свет, укрытие, стена от темных дел любого ноября, и дом им рай, и детский звонкий смех, и пряный чай, и верное плечо. И стороной всегда проходит смерть, которой здесь от счастья горячо. Проходит, улыбаясь темноте, с достоинством проигрывая бой.
Самайн переживают только те, кто вовремя укрыл себя в любовь.

Опубликовала  Nonstop   14 ноября 2017 Добавить комментарий

Это что-то уходит из воздуха — компонент,
отвечающий за беспечность и безмятежность,
замечаешь однажды, что старый потертый плед —
это лучшее, что придумано из одежды,
что с чужими ты холоден и нарочито вежлив,
а своим до тебя и дела-то, в общем, нет.
Переходишь с глянца на классику, с пить на есть,
для нечастого пить покупаешь хороший виски,
начинаешь себя ощущать — обреченно — здесь,
вспоминаешь историю, физику и английский,
принимаешь все к сердцу, только уже не близко,
забываешь п…

Опубликовала  баба матрЁшка   21 октября 2015 8 комментариев

Ты не прав, мой друг, говоря о том, что я стала камнем, свинцом и льдом, что все крепче яд и острее жало. Просто я так долго двоих держала, что одна выдерживаю с трудом. В стае хищных птиц, раздраженных ос, я чужая особь, немой вопрос, головные боли седых ученых. И тебе не велено знать, о чем я научилась думать, пока ты рос. Это шутки гормонов и позвонков, кто-то взял свой метр — и был таков, кто-то больно тянется дюйм за дюймом. Так в пустыне верблюд переходит дюны, но оазис по-прежнему далеко…

Опубликовала  Nonstop   27 апреля 2016 Добавить комментарий

Если знаешь истину — научи. Посмотри внимательнее в глаза. Я пишу в пустоту — пустота молчит. Значит, просто нечего мне сказать. Значит все, что дорого для меня, для нее не стоит и пары фраз. Новый год придет календарь менять — заодно, шутя, поменяет нас. Я приму, как данность, с ее руки тишину, которая — ни о чем. Я устала плавиться вопреки — мне внутри действительно горячо. Если я говорю: это боль — болит. Если я говорю: это страх — боюсь. Я — безумный, рисующий текст Дали, я страдающий — минус, бессмертный — плюс. Я могу корабли в океан листа отпускать, рукой усмиряя шторм… В горизонт упирается пустота — обжигающим вечным полярным льдом. Я устала верить, что я нужна для чего-то большего, чем дела. Мне к стигматам прошлое прижимать… Ошибайся в тысячный раз, Пилат! Ты поймешь — дорога ведет к луне, но опять — неизбежно — свернет к кресту. Я просила так мало — ответить мне…
Пустота, зовущая пустоту.

Опубликовала  Ивон   24 августа 2017 2 комментария

Против северного ветра шёл по городу Иуда, вальс осиновые листья танцевали на мостах. Слушай, господи, не надо, я, пожалуйста, не буду, забери свои монеты, я действительно устал. Лгать, молчать и лицемерить, предавать и предаваться изнурительнейшей страсти — то ли боль, а то ли бред. Вот закончится дорога, вот пробьют часы двенадцать, рыжий мех лисы, А Хули мне привидится в костре. Против северного ветра, против правил и приличий, против братьев нерожденных, против мертвых матерей я пошёл и оступился, я не смог найти отличий, обреченный, изможденный, я запутался в игре.

Ветер северный навстречу бросит огненное пламя, выйдут всадники и кони, псы возьмут последний след. Умирай — и я отвечу, обниму тебя крылами. Обретая небо, вспомнишь, как распяли на земле.

Опубликовала  Nonstop   28 сентября 2017 2 комментария

У хранителя времени есть право на третий день. Он зовёт к себе взрослых, отпускает — уже детей, выходит к реке, достаёт калимбу или варган, и смотрит, смотрит, как расходятся берега. Смотрит, как лица меняются, стирается боль и быль, как любовные лодки бесстрашно обходят быт, как любая правда становится искренней и простой, как у прайда волосы выгорают в медный и золотой. У хранителя времени есть право молчать о том, как ищут пристанища, но обретают дом, как сидят за чаем, рассказывая без слов, как белые чайки восток распарывают крылом. Исцелённые покидают палату весов и мер. У хранителя времени только неслучайное на уме. Каждому чаду по счастью — пусть прячут сокровища в кулачке: куриный божок, деревянная бусина на шнурке.

У хранителя времени вселенная в рюкзаке.

Опубликовала  Nonstop   09 июля 2017 Добавить комментарий

Все, что нужно знать — спокойствие и смирение,
пороптали — и будет, для всех нас один исход.
Вот лежат имена, и ветер цветов сиреневых
их весной поминает лучше, чем мы — стихом.
Это место памяти становится местом помощи —
чем взрослее, тем чаще идёшь за ответом к ним.
Жизнь всегда удаётся, всякий на этом поприще
по итогу получит свою золотую нить.
Никому не ведом ни час торжества, ни день его.
Позовут — и ляжем, корни в земле пустив.
Но из каждого здесь в свой срок прорастает дерево —
наклоняется к детям, листьями шелестит

Опубликовала  Яромила Солнце   09 января 2019 Добавить комментарий

Питер пристает с дождем к горлу — бесцеремонно, ветрено, то снимает шарф с Невы, то набрасывает, вальсируя. Ты одеваешься потеплее, выходишь голая — верь ему, провоцируй его: красивая. Впрочем, он тоже под стать тебе — без сомнения и стеснения обнажается до последнего закоулка. У вас с ним питеропение, переплетение, вы два раскалённых сердца: гудите гулко, бьетесь о выступы поз — локтевых, коленных, переворачивая улицы, как страницы. Когда ты молчишь, его накрывает ленью, когда впиваешься в шею — вода искрится. Если бы он был городом, а не северным богом, — дарлинг, он бы дал тебе пищу, и кров, и балкон, и кошек. Но он хочет, чтобы ты поднималась на крышу и вы летали, сбивали время с толку, сводили с ума прохожих.
Ваша осень созрела, поспела, упала, хрустнула — яблоком сочным, кленовым листом поджаристым.
Дерзкие девочки оказываются
тоненькими
и хрупкими.

Продолжай, продолжай, продолжай смотреть на него, пожалуйста.

Опубликовала  Nonstop   06 сентября 2018 25 комментариев

…И мы выбирали — когда случимся там, на Земле, обретая тело,
и Бог смеялся — светло, лучисто и провожал нас — святых и чистых,
и мы покидали его пределы,

и мы рождались, почти не помня, и подрастали, уже не зная,
что все пришли из его ладоней, что мы сейчас не плывем, а тонем,
и где-то ждет нас ладья резная,

и мы играли — взахлеб, как дети, смеялись, плакали — все по кругу,
мы шли по этой чужой планете, и день был радостен, свеж и светел —
и мы встречали тогда друг друга,
и нам к…

Опубликовала  Nonstop   16 сентября 2015 Добавить комментарий

И снова Персеиды, говорят, который год об этом говорят, они над каждым августом горят — не звукоряд, но огненные знаки. И в августе — который год подряд — восторженными полнится отряд, как будто не дожить до сентября, великого падения не зная. И каждый ждет, что дождь изменит все, что звездопад вернется и спасет, янтарный мед из поднебесных сот — мерцающие медленные капли. Равнинный житель, горный новосел — гадают, что им небо принесет, и млечное вращают колесо и к метеорам тянутся руками. Шумит река, и каждый строит плот, что время наконец переплывет, но, мысленно орудуя веслом, в течение идет, боится бури.

И снова Персеиды- повезло, летит на землю битое стекло,
небесный Пес отряхивает блох, Хозяин усмехается и курит.

Опубликовала  Nonstop   13 августа 2017 Добавить комментарий

Говорят /но еще не точно/, что никто не уйдет живым. Все заканчивается точкой, как отверстием пулевым. Смотришь — край обожженный алым обведен, в глубине листа отпечатками пальцев стала наша общая пустота. Будет следствие под предлогом — заключив составной союз, я успею сказать о многом, но не выдать, чего боюсь. Разгадают и шифр, и почерк, письма выправят под стеклом. А боюсь я не этих точек, а написанных прежде слов. Безоружными /суть — простыми/, слишком смертными /бог с тобой/, если выстрелить — кто остынет первым, выдержав эту боль? Все свободны, никто не пленник, участь избранная легка. Наказанье за преступленье — отлучение от курка.

Но ирония в том, что прочно слиты, связаны — держат швы.

За поля, за черту, за строчку ни один не уйдет живым.

Опубликовала  Nonstop   31 марта 2017 Добавить комментарий

На речке Волхов сахар колотый белеет храмами в воде. Господь склоняет к чаше голову — он за зиму устал седеть: все было белое да тихое, безтравье — чаю не достать. Господь зажмурится — и стих его лучом польется из креста. За чаем разговоров хочется, такая теплота кругом. В сенях большие дети топчутся — она в платке, он босиком, лицо хозяина знакомое, пар остывающей воды.
С ним разговаривает колокол, она расчесывает дым. Белеет сахар, пахнет травами, господня ложечка звенит. Большие дети шли за правдами, но эта правда не винит, не тянет ноша, нет испуга и за проказы не журят. Господь идет на луг — распутывать веселых глупых жеребят.
С ним разговаривает колокол, она расчесывает дым.
На речке Волхов сахар колотый.
Отец, и сын, и дух.
И ты.

Опубликовала  Nonstop   09 мая 2018 Добавить комментарий

Впрочем, как всем нам хорошо известно, нет на свете грехов, которым не нашлось бы прощения © Оскар Уайльд

Как стальной позвоночник подземного змея, что свернулся кольцом где-то в брюхе столицы, из глубин поднимает Медею, Тесея и сто тысяч имён, не желающих длиться. Как, ударившись оземь, идут они лесом или парком идут, если леса не сыщешь, за чужим маяком, со своим интересом — семь морей бороздят корабельные днища. Как не львы и не гидры, но звуки и кадры на пути их встречают и словом, и делом. Из глубин достают и наносят на карту тех, о ком ты недавно и знать не хотела. De profundis, родная, открыто, разбито — опустеют и тюрьмы, и трюмы, и термы, даже ты опустеешь — однажды по битам будет скачан любой и прочитан неверно. Ошибаться — исконное свойство двуногих: не учили ещё обращаться с вещами, оттого и не знаем обратной дороги — согрешили и ждём.

Но никто не прощает.

Опубликовала  Nonstop   12 апреля 2017 Добавить комментарий

Кейт заходит в номер напротив, включает свет, ставит на стол бутылку и ноутбук, открывает шампанское, пишет ей: «ну, привет» — одновременно в скайп, телеграм, фэйсбук. Над морем туман, над городом — вечный смог. Откроешь окно — от ветра бросает в жар. Кейт отправляет на верную смерть письмо. Не дожидаясь ответа, включает джаз. Время идёт по квадрату, и каждый такт в висках отдаётся нервно и горячо. Кейт набирает стремительно: «Как ты там?», нажимает enter, вслух произносит: «Черт».
Боль обжигает холодом — брют со льдом, Кейт пишет: «Входи» и делает шаг назад.

Их разделяет гостиничный коридор: 302й и 304й ад.

Опубликовала  Nonstop   12 февраля 2017 6 комментариев

Она летит в Лиссабон в октябре — разбираться с тайнами, от которых впору бежать за границы сущего. Я умею только следить за ней, обретать ее, вымаливать ей свободных, священных, суженых. Я умею быть знаком, отзвуком, отражением, желтой стрелкой, намеком, путником, тенью дерева. Замыкать наши цепи, чувствовать напряжение, начинать свою ночь, когда засыпает день ее. Что узнает она по дороге к великой истине, что хранит ее компостела с семью печатями? Если есть добродетель, Боже, то это — искренность. И умение в каждом отблеске замечать Тебя.

Сохрани ее там от злодея и зверя всякого, от цыгана черного, от слова нечестного.
Пока проходит она камино, свой Путь Иакова.
Пока боль извечная не исчезнет в ней.

Опубликовала  Nonstop   20 августа 2018 Добавить комментарий

Вот город, как насыщенный раствор, вбирает нас и в бар, и в разговор, сгущает краски, повышает градус. Случайный взгляд, нечаянная радость, мы рядом — это лучшая награда, в которую не верим до сих пор. Но верь не верь, а просто посмотри: заводят джаз, и музыка внутри такое вытворяет — боже правый. И провода, и кованые рамы, и своды, и кирпич, и запах пряный единый отчеканивают ритм. За стенами в просветах мостовых брусчатка, вечер, шпили и кресты на куполах ноябрьских соборов, и фонари, и блики светофоров, и дождь со снегом — дружеские споры сезонов, не желающих остыть. Иди и пей, и пой, и обретай свои ответы и ключи от тайн, читай о том, что скоро воплотится. Вино играет, истина искрится, пока мы открываем не страницу, но будущее с чистого листа.

Опубликовала  Nonstop   14 ноября 2017 Добавить комментарий